Национальное казначейство и Резервный банк Южной Африки опубликовали проект нормативной базы для регулирования трансграничных операций с криптоактивами, включающий обязательства по отчетности и строгие ограничения для отдельных трансграничных операций.
В соответствии с новой нормативной базой, поставщики услуг в сфере криптоактивов (CASP), осуществляющие международные переводы, должны будут соблюдать существующие требования лицензирования и противодействия отмыванию денег (AML), а также получить отдельное разрешение от Департамента финансового надзора Резервного банка (FinSurv) для тех категорий трансграничной деятельности, которые они хотят осуществлять.
- Первая категория включает в себя услуги денежных переводов между физическими лицами с использованием криптоактивов в качестве базового механизма передачи стоимости. Эти переводы будут ограничены суммой в 5 000 ZAR за транзакцию в день и 25 000 ZAR на одного заявителя в календарный месяц.
- Вторая категория охватывает более широкий спектр трансграничных услуг с использованием криптоактивов, включая транзакции между южноафриканскими депозитарными кошельками и кошельками за пределами внутренней авторизованной среды CASP.
- Категория 3 объединяет виды деятельности, разрешенные в рамках первых двух категорий.
Данная система в значительной степени основана на ограничениях Южной Африки в области управления потоками капитала и следует проекту Положений об управлении потоками капитала 2026 года, опубликованному в апреле взамен Положений о валютном контроле 1961 года. Она вводит дополнительный уровень авторизации для поставщиков услуг по управлению криптоактивами (CASP), желающих содействовать трансграничным операциям, хотя из-за сопротивления со стороны отрасли она не заходит так далеко, как апрельские положения, которые устанавливали, что уполномоченный CASP не может покупать, брать взаймы, получать, продавать, предоставлять в кредит или передавать криптоактивы иначе, чем в целях и на условиях, определенных Министерством финансов.
Вместо этого проект положений о CASP требует, чтобы использование криптоактивов не допускало трансграничного перемещения стоимости за пределы регулирующего надзора, применяемого к другим финансовым каналам. Сопутствующее руководство предлагает специальный режим авторизации и отчетности для трансграничных операций с криптоактивами, действующий наряду с требованиями к финансовым услугам, противодействию отмыванию денег и налогообложению, уже применимыми к этому сектору.
Согласно новым правилам, транзакция будет считаться трансграничной, если криптоактивы перемещаются между авторизованным поставщиком услуг по управлению криптоактивами (CASP) в Южной Африке и либо иностранным CASP, либо некастодиальным кошельком, включая так называемые «самостоятельно размещенные» кошельки, контролируемые непосредственно физическим лицом. Южноафриканский CASP, осуществляющий транзакцию, должен будет сообщать о полученном притоке или оттоке средств в FinSurv, а перевод из внутреннего CASP в собственный саморазмещенный кошелек клиента будет классифицироваться как экспорт капитала, даже если не пересекается юрисдикционная граница и бенефициарное владение криптоактивами не меняется.
Физическим лицам-резидентам будет разрешено экспортировать криптоактивы через авторизованного поставщика услуг по управлению криптоактивами (CASP) в рамках единой ежегодной квоты в 2 млн ZAR. Переводы в рамках квоты на иностранный капитал в размере до 10 млн ZAR в год будут разрешены для соответствующих налогоплательщиков, отвечающих требованиям по возрасту и налоговому законодательству, при условии одобрения Южноафриканской налоговой службы (SARS). Однако южноафриканским корпоративным организациям не будет разрешено осуществлять операции с криптоактивами, классифицируемые как импорт или экспорт капитала, хотя они смогут покупать, хранить и продавать криптоактивы через отечественных авторизованных поставщиков услуг по управлению криптоактивами (CASP).
Проект рамочного соглашения не делает различий между категориями криптоактивов, и стейблкоины, используемые для расчетов, будут рассматриваться аналогично волатильным токенам. Более того, он не рассматривает криптоактивы как законное платежное средство и не признает их валютой, что особо подчеркивает Резервный банк.
По материалам STEP